"...писателя из меня не вышло, учителя тоже не вышло, даже душевнобольного толком не вышло, хотя доктор майер очень старался
я принес свое железо в холодную кузню, говорит отец сыну в одном старом романе, желая показать, что он разочарован в своем наследнике, а вот мой отец не нуждался в метафорах, он вообще со мной не разговаривал
то есть, последний раз он разговаривал со мной в декабре семьдесят девятого, у себя на новой квартире, между кухонной полкой и диваном - поговорил и отправил меня домой на последнем промерзлом автобусе, в котором я был один, и шофер выключил отопление: наверное, злился, что в праздник приходится работать
целый день я думаю о железных крицах из раскопок дуршаррукина: ассирийцы хранили их в сокровищницах, будто золотые слитки или жемчуг, и железки были так убедительны, что через три тысячи лет нашли себе место в лувре, и в них никто не сомневается, а вот мне сомневаются, даже те, в ком я сам сомневаюсь
напрасное железо на остывшей наковальне, виноватые меха, запьянцовский мучительный молот - я кромешно пью и мало читаю, может в этом дело?
раньше я читал по книге в день, иногда даже по две, я читал все подряд - даже несносного парацельса, в конце концов я перестал отличать щипцы для сахара от кантовского устройства для снятия чулок, а элементарное тело от сидерального, разозлился и вовсе перестал читать..."